Писатель-маринист Николай Андреевич Черкашин

МЕДИТАЦИЯ, БЛИН…

Байка антиалкогольная и ничего более

«Хуже водки лучше нет!»

«Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку».

В. Черномырдин

 

Капитан 3 ранга Щитомырдников целый год командовал подводной лодкой, а потом снова вернулся в «первобытное состояние» — на должность старпома. И все из-за пристрастия к «красному вину». «Красное вино» он сотворял сам: доставал из кармана старомодную пипеточную авторучку с красными чернилами, и выжимал из нее в стакан спирта несколько капель. Напиток становился клюквенно красным, после чего Щитомырдников осушал стакан, не поморщившись.

— Да не могу я чистый спирт пить! – пояснял он сотоварищам. – Бесцветный, белый, противный. А вот красненький идет, как «клюковка».

Любимое присловье старпома, мужика крепкого и могучего: «Здоровый образ жизни мешает нам вести избыток здоровья». Избыток здоровья он и уравновешивал «красненьким». 

В тот летний день командир подводной лодки убыл в очередной отпуск, оставив за себя ВРИО капитана 3 ранга Щитомырдникова. Известно, что самая сладкая пыль – это пыль из-под колес, отъезжающего начальства. После ужина врио командира принял на грудь стакан «красненького» и прилег в каюте вздремнуть на часок. Проснулся — часы показывали семь сорок. За окном пасмурно светало солнышко вечного полярного дня. Глянул Щитомырдников на часы и аж подскочил: через двадцать минут подъем флага, а никто и не чешется. С большим трудом выгнал он команду на подъем флага и с изумлением обнаружил, что на причале, кроме его экипажа, никого нет.

— Товарищ капитан 3 ранга, — вполголоса сообщил ему дежурный по кораблю, — мы уже утром поднимали флаг.

— Как утром? – Опешил Щитомырдников, — а сейчас что?

— А сейчас 20 часов. – Ответил дежурный, и на всякий случай уточнил. — Вечера.

В Заполярье летом, что 8 часов утра, что 8 вечера – на глаз не отличишь. Но Щитомырдников с честью нашел выход из конфуза:

— Так утром флаг чуть не подняли «морем» кверху (синей полосой вверх). Хорошо я заметил… Поэтому проведем учения по подъему флага… Флаг и гюйс – поднять!

     Флаг и гюйс подняли. А потом по вечернему тут же и спустили.

С флагом – проехали. А вот с утренней физзарядкой не прокатило.

Утром капитан 3 ранга Щитомырдников принял, как всегда, дозу «красненького», решил проверить проведение утренней зарядки в команде. Физическую зарядку проводил на причале лейтенант Симаков, кандидат в мастера спорта по прыжкам в длину. Матросы послушно вторили движениям его рук и ног. Но Щитомырдникову его методика не понравилась:

— Сто пинков тебе в шляпу, кнехт некрашеный! Смотри, как зарядку проводить надо!.. Экипаж, делай, как я!

Он встал перед шеренгой, резко взмахнул руками, и, потеряв остойчивость, завалился на спину, раскинув при этом руки крестом. Все дружно последовали его примеру. Лежать на нагретых досках причала было легко и приятно. Поэтому Щитомырдников сразу уснул, а все остальные лежали на спине, раскинув руки в ожидании следующей команды. Ожидание несколько затянулось, но никто не порывался прервать замечательное упражнение. В это время по причалу проезжала черная «Волга» с начальником политотдела эскадры.

— Что это у вас за лежбище котиков? – Поинтересовался контр-адмирал Стригунов у лейтенанта Симакова, который единственный оставался на ногах.

— Это медитация, товарищ адмирал! – Не моргнув глазом объяснил ситуацию бравый лейтенант. – Настрой на качественное выполнение служебных обязанностей.

— Ясно, — хмыкнул контр-адмирал. – Командира ко мне!

Когда капитан 3 ранга Щитомырдников, придя в себя после показа как надо делать зарядку, предстал перед глазами начпо, адмирал сделал ему строгое внушение:

-Что у вас там за «ноу-хау» такое?! Сегодня у вас медитация, блин, завтра тыквандо какое-нибудь, так и до фэн-шуя докатитесь! Что за низкопоклонство перед Востоком?! Вы меня поняли? Прекратить, тыквой вам в лоб, фэн-шуй, вашей бабушке!

— Так точно! Виноват. Больше не повторится!

   В тот же вечер, придя домой к унылому холостяцкому очагу, Щитомырдников вспомнил разговор с начальником политотдела, и горько махнул рукой:

— Ну и хрен с ним, с этим фэн-шуем!

Он налил стакан ледяного – из холодильника – «шила», достал заветную авторучку с красными чернилами, но тут в дверь заглянул сантехник Ваня Тузов, или в сокращенном флотском варианте – Вантуз. Вантуз когда-то начинал службу на одной лодке вместе с лейтенантом Щитомырдниковым, и дослужился до мичмана, старшины команды трюмных. Им было, что вспомнить, тем более под стакан, налитый по «марусин поясок». Красные чернила в авторучке, как назло, закончились, и Вантуз предложил свое «вечное перо», заправленное обычными синими чернилами. Напиток тут же приобрел зловещий фиолетовый окрас. 

— Один черт! – махнул рукой Вантуз. – Любая «бормотуха» все одно «чернила»!

— Ну да, — с отвращением посмотрел на свет «синюху» кап-три. – Прямо «голубое кюрасао» получилось…

— Не знаю, как насчет «кюрасао», — заметил сантехник, — но на жидкость для протирания окон шибко шибает. Ни дать, ни взять «Мистер Пропер»!

— Отставить «Пропера»! Это самая натуральная черничная настойка. Финская, можно сказать. Типа «Лаппония»… Ну, давай, Семеныч, быть добру! – Провозгласил капитан 3 ранга.

— Носом к морю, Сергеич! – Призвал Вантуз.

Осушили стаканы, вытерли фиолетовые почему-то слезы… Закусили отломанным ростком столетника, произраставшего в горшке, оставшимся от первой еще жены, иссохшего без полива, но все еще живого. 

— А тебя каким ветром к нам занесло? – спросил Щитомырдников нечаянного гостя.

— Да у меня тут два вызова. Один в сорок пятую квартиру, другой в седьмую…

— О, к Машке что ль?! – обрадовался кап-три, представив симпатичную официантку из офицерской столовой.

— Ну да, у ней сифон потек…

И тут после второго стакана «голубого кюрасао» а может и «лаппонии» Щитомырдникова озарило:

— А давай я к ней пойду да сам сифон прочищу! А ну, сымай свою спецуху, надевай мой китель. Похохмим маленько.

Они переоделись: причем комбинезон сантехника оказался Щитомырдникову в самый раз, а китель с погонами капитана 3 ранга пришелся Вантузу тоже в пору. После третьего «залпа» старпом взял чемоданчик сантехника и отправился на пятый этаж, а Вантуз с «тревожным» чемоданчиком Щитомырдникова начал движение в сторону 1-го подъезда, где в квартире №7 проживал сам начальник политотдела эскадры контр-адмирал Стригунов, он же за глаза – Кубик Рубика. Однако, разыграть симпатичную соседку не удалось, как не удалось и повеселить начпо. О том, что произошло дальше, поведали протоколы – один из отделения милиции, другой – из комендатуры, ибо фальшивого сантехника подобрала милиция, а лжекапитан 3 ранга загремел в гарнизонную комендатуру.

Из милицейского протокола: «Гражданин мужского пола и неустановленной личности (без документов) в состоянии сильного алкогольного опьянения лежал на площадке 5 –го этажа так, что жильцы противоположных квартир не могли выйти из дверей, так как их двери подпирали с одной стороны ноги спящего гражданина, а с другой его голова и прочие конечности. Тело неопознанного гражданина доставлено в городской вытрезвитель имени Бела Куна».

Протокол гарнизонной комендатуры свидетельствовал: «Капитан 3 ранга (без документов), назвавшимся при задержании Иваном Семеновичем Тузовым, заявил владельцу квартиры №7, что он прибыл по вызову для починки сливного бачка. Офицер с такой фамилией в списках комсостава в\ч 12345 не значится. В связи с этим самозваный капитан 3 ранга был передан для выяснения личности в особый отдел вышеуказанной войсковой части».

В особом отделе без особого труда опознали в подозрительном самозванце бывшего мичмана-трюмача Тузова. После чего Вантуз был отправлен в городской вытрезвитель имени Бела Куна, известный в народе, как «санаторий Белочка». Там и встретились оба приятеля, еще раз подтвердив друг другу, что хороших вин в городе нет и что в магазинах «одни чернила».

 

… Надо было видеть физиономию начальника политотдела Стригунова, когда он открыл дверь «сантехнику»: на пороге весьма нетвердо стоял капитан 3 ранга с «тревожным» чемоданчиком.

-Мастера вызывали? – Спросил он.

— Вызывали…

— Где у вас тут гальюн?

Начпо проводил его в туалет, уточнив на всякий случай:

— А вы из какой части?

— Из санитарно-технической. – Буркнул Вантуз.

Пока начпо пытался вспомнить, где на подплаве располагается СТЧ – санитарно да еще техническая часть, жена сделала ему комплимент:

— Даже не подозревала, что тебя так на подплаве уважают – целого механика прислали!

Кубик Рубика удовлетворенно хмыкнул, решив, что и в самом деле, с какой-то из лодок отрядили на выполнение ответственного задания корабельного инженер-механика, и отправился досматривать телесериал. А «офицер-механик», открыл чемоданчик и обнаружил там множество полезных вещей: смену белья, кремовую рубашку с погонами, черную пилотку, зубную щетку, а главное – «школьницу», то бишь «шильницу», плоскую фляжку, сработанную под размер внутреннего кармана шинели. «Шильница», как и полагается, была заправлена «шилом», первоклассным «КВ» — Корабельно-Ворованным спиртом по самую завертку. Продегустировав напиток, и найдя его отменным, хотя и совершенно бесцветным, Вантуз высосал «шильницу» до дна, после чего как смог починил бачок и решил испытать его в деле. Сел, сделал дело, да и уснул прямо на унитазе, привалившись к бачку.

Тем временем телесериал закончился, и жена Кубика Рубика Фаина Наиновна отправилась в туалет по малой нужде, поскольку имела привычку к неумеренному питью чая во время просмотра телесериалов. Дверь в туалет была закрыта, горел свет, ясно, было, что ремонтные работы еще продолжаются. Фаина Наиновна стала прохаживаться по коридору, при этом походка ее напоминала популярный ирландский танец с нетерпеливым вскидыванием ног и легкими подпрыжками. Вскоре к ней присоединился и сам Кубик Рубика. Но подпрыгивал он недолго. Со всей мужской напористостью он решил проинспектировать ход ремонта бачка и распахнул дверь туалета.

— Что здесь происходит? – Ошарашенно гаркнул он, увидев засидевшегося на стульчаке «механика». Ответом ему был раскат мощного храпа. Кубик Рубика попытался привести «кап-три» в чувство, тряс его и сулил всякие кары по служебной и партийной линии, но тщетно: беспартийный дядя Ваня Туз, оседлал фаянсовую чашу, как казак седло, даже скрестил ноги, и не на миллиметр не сдвинулся со своего тронного места. Тогда начпо позвонил в комендатуру. Для приезда патруля требовалось время. И ирландские танцы в коридоре возобновились с новой экспрессией. История умалчивает, чем закончились эти энергичные коленца. И даже когда приехал лейтенант с двумя бойцами, понадобилось еще немало времени, чтобы поднять Вантуза с места, привести его в транспортабельный вид. Говорят, что Фаина Наиновна отправилась с кратковременным деловым визитом к соседям, а уж как обошелся со своей нуждой Кубик Рубика, дело фантазии каждого слушателя или читателя.

Медитация, блин! Фэн шуй с кюрасао или тыквандо с пропером. Одно слово – низкопоклонство перед «шилом», и сколько не возглашай «быть добру!», к добру оно не приводит.

МЕДИТАЦИЯ, БЛИН…

Байка антиалкогольная и ничего более

«Хуже водки лучше нет!»

«Вино нам нужно для здоровья. А здоровье нам нужно, чтобы пить водку».

В. Черномырдин

Капитан 3 ранга Щитомырдников целый год командовал подводной лодкой, а потом снова вернулся в «первобытное состояние» — на должность старпома. И все из-за пристрастия к «красному вину». «Красное вино» он сотворял сам: доставал из кармана старомодную пипеточную авторучку с красными чернилами, и выжимал из нее в стакан спирта несколько капель. Напиток становился клюквенно красным, после чего Щитомырдников осушал стакан, не поморщившись.

— Да не могу я чистый спирт пить! – пояснял он сотоварищам. – Бесцветный, белый, противный. А вот красненький идет, как «клюковка».

Любимое присловье старпома, мужика крепкого и могучего: «Здоровый образ жизни мешает нам вести избыток здоровья». Избыток здоровья он и уравновешивал «красненьким». 

В тот летний день командир подводной лодки убыл в очередной отпуск, оставив за себя ВРИО капитана 3 ранга Щитомырдникова. Известно, что самая сладкая пыль – это пыль из-под колес, отъезжающего начальства. После ужина врио командира принял на грудь стакан «красненького» и прилег в каюте вздремнуть на часок. Проснулся — часы показывали семь сорок. За окном пасмурно светало солнышко вечного полярного дня. Глянул Щитомырдников на часы и аж подскочил: через двадцать минут подъем флага, а никто и не чешется. С большим трудом выгнал он команду на подъем флага и с изумлением обнаружил, что на причале, кроме его экипажа, никого нет.

— Товарищ капитан 3 ранга, — вполголоса сообщил ему дежурный по кораблю, — мы уже утром поднимали флаг.

— Как утром? – Опешил Щитомырдников, — а сейчас что?

— А сейчас 20 часов. – Ответил дежурный, и на всякий случай уточнил. — Вечера.

В Заполярье летом, что 8 часов утра, что 8 вечера – на глаз не отличишь. Но Щитомырдников с честью нашел выход из конфуза:

— Так утром флаг чуть не подняли «морем» кверху (синей полосой вверх). Хорошо я заметил… Поэтому проведем учения по подъему флага… Флаг и гюйс – поднять!

     Флаг и гюйс подняли. А потом по вечернему тут же и спустили.

С флагом – проехали. А вот с утренней физзарядкой не прокатило.

Утром капитан 3 ранга Щитомырдников принял, как всегда, дозу «красненького», решил проверить проведение утренней зарядки в команде. Физическую зарядку проводил на причале лейтенант Симаков, кандидат в мастера спорта по прыжкам в длину. Матросы послушно вторили движениям его рук и ног. Но Щитомырдникову его методика не понравилась:

— Сто пинков тебе в шляпу, кнехт некрашеный! Смотри, как зарядку проводить надо!.. Экипаж, делай, как я!

Он встал перед шеренгой, резко взмахнул руками, и, потеряв остойчивость, завалился на спину, раскинув при этом руки крестом. Все дружно последовали его примеру. Лежать на нагретых досках причала было легко и приятно. Поэтому Щитомырдников сразу уснул, а все остальные лежали на спине, раскинув руки в ожидании следующей команды. Ожидание несколько затянулось, но никто не порывался прервать замечательное упражнение. В это время по причалу проезжала черная «Волга» с начальником политотдела эскадры.

— Что это у вас за лежбище котиков? – Поинтересовался контр-адмирал Стригунов у лейтенанта Симакова, который единственный оставался на ногах.

— Это медитация, товарищ адмирал! – Не моргнув глазом объяснил ситуацию бравый лейтенант. – Настрой на качественное выполнение служебных обязанностей.

— Ясно, — хмыкнул контр-адмирал. – Командира ко мне!

Когда капитан 3 ранга Щитомырдников, придя в себя после показа как надо делать зарядку, предстал перед глазами начпо, адмирал сделал ему строгое внушение:

-Что у вас там за «ноу-хау» такое?! Сегодня у вас медитация, блин, завтра тыквандо какое-нибудь, так и до фэн-шуя докатитесь! Что за низкопоклонство перед Востоком?! Вы меня поняли? Прекратить, тыквой вам в лоб, фэн-шуй, вашей бабушке!

— Так точно! Виноват. Больше не повторится!

   В тот же вечер, придя домой к унылому холостяцкому очагу, Щитомырдников вспомнил разговор с начальником политотдела, и горько махнул рукой:

— Ну и хрен с ним, с этим фэн-шуем!

Он налил стакан ледяного – из холодильника – «шила», достал заветную авторучку с красными чернилами, но тут в дверь заглянул сантехник Ваня Тузов, или в сокращенном флотском варианте – Вантуз. Вантуз когда-то начинал службу на одной лодке вместе с лейтенантом Щитомырдниковым, и дослужился до мичмана, старшины команды трюмных. Им было, что вспомнить, тем более под стакан, налитый по «марусин поясок». Красные чернила в авторучке, как назло, закончились, и Вантуз предложил свое «вечное перо», заправленное обычными синими чернилами. Напиток тут же приобрел зловещий фиолетовый окрас. 

— Один черт! – махнул рукой Вантуз. – Любая «бормотуха» все одно «чернила»!

— Ну да, — с отвращением посмотрел на свет «синюху» кап-три. – Прямо «голубое кюрасао» получилось…

— Не знаю, как насчет «кюрасао», — заметил сантехник, — но на жидкость для протирания окон шибко шибает. Ни дать, ни взять «Мистер Пропер»!

— Отставить «Пропера»! Это самая натуральная черничная настойка. Финская, можно сказать. Типа «Лаппония»… Ну, давай, Семеныч, быть добру! – Провозгласил капитан 3 ранга.

— Носом к морю, Сергеич! – Призвал Вантуз.

Осушили стаканы, вытерли фиолетовые почему-то слезы… Закусили отломанным ростком столетника, произраставшего в горшке, оставшимся от первой еще жены, иссохшего без полива, но все еще живого. 

— А тебя каким ветром к нам занесло? – спросил Щитомырдников нечаянного гостя.

— Да у меня тут два вызова. Один в сорок пятую квартиру, другой в седьмую…

— О, к Машке что ль?! – обрадовался кап-три, представив симпатичную официантку из офицерской столовой.

— Ну да, у ней сифон потек…

И тут после второго стакана «голубого кюрасао» а может и «лаппонии» Щитомырдникова озарило:

— А давай я к ней пойду да сам сифон прочищу! А ну, сымай свою спецуху, надевай мой китель. Похохмим маленько.

Они переоделись: причем комбинезон сантехника оказался Щитомырдникову в самый раз, а китель с погонами капитана 3 ранга пришелся Вантузу тоже в пору. После третьего «залпа» старпом взял чемоданчик сантехника и отправился на пятый этаж, а Вантуз с «тревожным» чемоданчиком Щитомырдникова начал движение в сторону 1-го подъезда, где в квартире №7 проживал сам начальник политотдела эскадры контр-адмирал Стригунов, он же за глаза – Кубик Рубика. Однако, разыграть симпатичную соседку не удалось, как не удалось и повеселить начпо. О том, что произошло дальше, поведали протоколы – один из отделения милиции, другой – из комендатуры, ибо фальшивого сантехника подобрала милиция, а лжекапитан 3 ранга загремел в гарнизонную комендатуру.

Из милицейского протокола: «Гражданин мужского пола и неустановленной личности (без документов) в состоянии сильного алкогольного опьянения лежал на площадке 5 –го этажа так, что жильцы противоположных квартир не могли выйти из дверей, так как их двери подпирали с одной стороны ноги спящего гражданина, а с другой его голова и прочие конечности. Тело неопознанного гражданина доставлено в городской вытрезвитель имени Бела Куна».

Протокол гарнизонной комендатуры свидетельствовал: «Капитан 3 ранга (без документов), назвавшимся при задержании Иваном Семеновичем Тузовым, заявил владельцу квартиры №7, что он прибыл по вызову для починки сливного бачка. Офицер с такой фамилией в списках комсостава в\ч 12345 не значится. В связи с этим самозваный капитан 3 ранга был передан для выяснения личности в особый отдел вышеуказанной войсковой части».

В особом отделе без особого труда опознали в подозрительном самозванце бывшего мичмана-трюмача Тузова. После чего Вантуз был отправлен в городской вытрезвитель имени Бела Куна, известный в народе, как «санаторий Белочка». Там и встретились оба приятеля, еще раз подтвердив друг другу, что хороших вин в городе нет и что в магазинах «одни чернила».

… Надо было видеть физиономию начальника политотдела Стригунова, когда он открыл дверь «сантехнику»: на пороге весьма нетвердо стоял капитан 3 ранга с «тревожным» чемоданчиком.

-Мастера вызывали? – Спросил он.

— Вызывали…

— Где у вас тут гальюн?

Начпо проводил его в туалет, уточнив на всякий случай:

— А вы из какой части?

— Из санитарно-технической. – Буркнул Вантуз.

Пока начпо пытался вспомнить, где на подплаве располагается СТЧ – санитарно да еще техническая часть, жена сделала ему комплимент:

— Даже не подозревала, что тебя так на подплаве уважают – целого механика прислали!

Кубик Рубика удовлетворенно хмыкнул, решив, что и в самом деле, с какой-то из лодок отрядили на выполнение ответственного задания корабельного инженер-механика, и отправился досматривать телесериал. А «офицер-механик», открыл чемоданчик и обнаружил там множество полезных вещей: смену белья, кремовую рубашку с погонами, черную пилотку, зубную щетку, а главное – «школьницу», то бишь «шильницу», плоскую фляжку, сработанную под размер внутреннего кармана шинели. «Шильница», как и полагается, была заправлена «шилом», первоклассным «КВ» — Корабельно-Ворованным спиртом по самую завертку. Продегустировав напиток, и найдя его отменным, хотя и совершенно бесцветным, Вантуз высосал «шильницу» до дна, после чего как смог починил бачок и решил испытать его в деле. Сел, сделал дело, да и уснул прямо на унитазе, привалившись к бачку.

Тем временем телесериал закончился, и жена Кубика Рубика Фаина Наиновна отправилась в туалет по малой нужде, поскольку имела привычку к неумеренному питью чая во время просмотра телесериалов. Дверь в туалет была закрыта, горел свет, ясно, было, что ремонтные работы еще продолжаются. Фаина Наиновна стала прохаживаться по коридору, при этом походка ее напоминала популярный ирландский танец с нетерпеливым вскидыванием ног и легкими подпрыжками. Вскоре к ней присоединился и сам Кубик Рубика. Но подпрыгивал он недолго. Со всей мужской напористостью он решил проинспектировать ход ремонта бачка и распахнул дверь туалета.

— Что здесь происходит? – Ошарашенно гаркнул он, увидев засидевшегося на стульчаке «механика». Ответом ему был раскат мощного храпа. Кубик Рубика попытался привести «кап-три» в чувство, тряс его и сулил всякие кары по служебной и партийной линии, но тщетно: беспартийный дядя Ваня Туз, оседлал фаянсовую чашу, как казак седло, даже скрестил ноги, и не на миллиметр не сдвинулся со своего тронного места. Тогда начпо позвонил в комендатуру. Для приезда патруля требовалось время. И ирландские танцы в коридоре возобновились с новой экспрессией. История умалчивает, чем закончились эти энергичные коленца. И даже когда приехал лейтенант с двумя бойцами, понадобилось еще немало времени, чтобы поднять Вантуза с места, привести его в транспортабельный вид. Говорят, что Фаина Наиновна отправилась с кратковременным деловым визитом к соседям, а уж как обошелся со своей нуждой Кубик Рубика, дело фантазии каждого слушателя или читателя.

Медитация, блин! Фэн шуй с кюрасао или тыквандо с пропером. Одно слово – низкопоклонство перед «шилом», и сколько не возглашай «быть добру!», к добру оно не приводит.